Игорь Белый (bujhm) wrote,
Игорь Белый
bujhm

Categories:

Варлам Барлам. "Всадник Без Балды"

О готовящейся книге Сирина, наверное, уже все слышали. Один я, как всегда, всё пропустил.
Но чтоб хоть как-то выгодно отличаться от многочисленных пеарных постов, буду подробен и обстоятелен. Быстро работать над этой книгой невозможно, потому как смех мешает. А ржание и правка текста - увы, несовместимы. Судите сами.



Случилось это не в те стародавние времена, когда шприцы ещё были многоразовыми, а космические корабли – одноразовыми, и не в те старопрежние, когда печи были мобильными, а телефоны – стационарными, и даже не в те старорежимные, когда произведения искусства были китайскими, а дешёвые подделки – японскими, а совсем-совсем в другие. В три – девятом, а в четыре – десятом байстве…

…жил-был бай, и жило-было у него три сына: Красно-бай, Раздол-бай и Байбай-бэйби, все трое – дураки, как на пробор, но каждый в особенности.
...Идут они куда глаза глядят – то направо, то налево, а как под ноги поглядят, так и вовсе остановятся. Тут, откуда и за что ни возьмись, показался тёмным густой лес разбегающихся глаз. Из леса, вестимо, навстречу шёл странный запах. Подойдя чуть ближе, оказалось, что принадлежит запах не Мальчику-с-пальчик, но Мужу-как-два-пальца, чем собственно он и объяснялся. Мужичок объяснил на пальцах, что зовут его Абылли-младший, что этот лес он знает, как свои два пальца, и готов провести мероприятие сквозь чащу сию мимо, но только за смешные деньги.
...– Ты кто таков? – спросил Байбай, суровостью пытаясь прикрыть срам от изумления.
– Я – Архип-архетип, – по-нижегородски с французским акцентом ответил горбун. – Ношу армяк, пью арманьяк. Хожу то в лаптях, то без, на ужин варю буйабез*. Мужик житиём, душой жантийом**.

* французские ухи
** по-русски это значит джентльмен

...– Тогда второй вопрос: как мы туда попадём?
– Очень просто. Выбраться потруднее будет. Пойдёте всё время прямо и упрётесь в огненно-красную реку Липстикс. Там соединяет берега Седой Харончик, старый нумизматик. Дадите ему монетку, которой у него ещё нет, он вас и переправит – у него паром с лёгким.

...

– Ну, спасибо, бабушка! Даже не знаю, чем Вам за всё отплатить!
– Юрьев день тебе бабушка! Для тебя я – Марья Бореевна, понял? А отплатишь тем, что принесёшь мне мои пятнадцать минут славы, – строго, но справедливо рассудила старуха.
...При виде проезжающего Черепушки все лики оборачивались к нему, а гул голосов и струн усиливался многократно, оставаясь, впрочем, неразборчивым в средствах, как подпись. Когда проехали третье кострище, Байбай спросил Извергилия, что это такое.
– Се – Капище Скорбных Песнопевцев, – отозвался в сердцах гид и пояснил: – Эти несчастные обречены на вековечную муку – бесконечно исполнять одни и те же песни о главном два в одном и том же тёплом спасательном кругу.
– А отчего бы им не пойти к другому костру, новых песен поднабраться да и обстановку сменить? – удивился Байбай.
– Они не могут...
...Крик ужаса с трудом вырвался из лужёных глоток наших героев. Однако он был шёпотом в сравнении с тем, что подняла с пола старуха:
– Дурень, старый глупый дурень! Ничему, как погляжу я, жизнь тебя не научила! У тебя ж четыре зуба, да и тех гнилых, на челюсть! Чем ты хлеб жевать собрался чёрствый и заплесневелый, как гурона мокасины после долгого похода? Он сбежал и славно сделал! От тебя же всё сбегает, даже брюки, даже брюки, только я, седая дура, до сих пор с тобою маюсь!

Старик слегка оторопел, но решил не подавать виду руки и попытался возвысить из низкой доли голос:
– Маниту побойся, бабка! Не в своё не суйся дело! Так сказал я, так и будет!
XCVI
Вот сшибся с Вчело-беем Перевес,
Нанёс охальнику он яростный удар
По самолюбию дубинкою своей,
Щит раздробил, доспехи расколол,
Отнял копьё и в щепки разломал,
Порвал гармонь, поотшибал рога,
Моргалы выколол, намял ему бока,
Набил лицо противное его,
От тела отделил хребет спинной,
Глаз натянул на жопу, вышиб дух,
Язык его поганый откусил,
Котлету сделал, высосал мозги,
А после вырвал ноги и убил.
Качнулся и на землю рухнул тот.
Увидел Перевес, что умер враг,
Сказал над трупом гордые слова:
«Труп, мне твоя угроза не страшна!
Друзья, за нами первый бой, вперед!
Не одолеть им нас! За нас – Эльич!»,
Но сам упал, поскольку ранен был
Осколками разбитых им зубов,
И, кровью истекая, произнёс: «Ойвэй!»
</b>

И это лишь малая часть общего дива.

В общем, если вы имеете законное желание на эти 150 страниц фееричного гона - поставьте крестик в нужном посте, и книг будет ровно на всех по справедливости.

Выложено при попустительстве автора.
Tags: издательство «memories»
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments