Игорь Белый (bujhm) wrote,
Игорь Белый
bujhm

Загадочный самовар

Ну здравствуйте, дети! Не толпитесь, всем места хватит! Заходите, рассаживайтесь! Тося, Песя, Майкл... О, а вот и ещё, несите стулья из соседней комнаты. Тебя как зовут? Адамчик? Ты чей будешь? А, Марата рябого сын. И как только родители тебя в такую даль отпускают?
Мария, эй! Ещё блинов неси, у нас сегодня аншлаг!
Так, не толкайтесь, лавки длинные! Вот ты, э-э... Петя, ну-ка садись сюда. А вы подвиньтесь - пусть Фира-кецеле тут сядет. Да, и ты молодец, и ты. У, какая у тебя кепка!..
Ну, всё, давайте начинать уже. А то скоро вечер, там и по домам пора будет. Ну-ка, я вот тут сяду, чтобы всех было видно, ох-ох...

Было это в давние времена. Я тогда был молодым парнем, не то, что сейчас. Жил я в одном далёком местечке и работал, кем придётся. Козопасом - так козопасом. Маляром - так маляром. Чистил колодцы, рубил дрова, камни таскал. Работы много было - а я молодой был, сильный. Только вот не знал, чем по-настоящему заняться.
И вот однажды зовёт меня к себе отец и говорит: отправляйся-ка ты в город! Одному богатому купцу, мол, там нужен работник. Я уж не знаю, откуда он про купца этого узнал. Но раз отец говорит, надо слушаться.
В город, так в город - я и рад: мир хоть погляжу. Собираться мне тогда было - как подпоясаться. Мать мне пирогов в котомку сунула, я и отправился. Путь неблизкий лежал - пару раз пришлось в стогах ночевать, благо лето было.

И вот пришёл я в город. Всё - незнакомое, странное. А главное - людей вокруг, что муравьёв! И никто друг с другом не здоровается. Вот у нас ведь как: выйдешь от Мирчо с одного краю утром - а пока дойдёшь до Талесина, что на другом краю, уж и солнце сядет. Нельзя же пройти, не поздоровавшись, не пожелав добра каждому! Иначе подумают, что ты зло какое затаил.
А в этом городе - столько людей, и все как будто зло таят! Но это я так по молодости думал. На самом деле они ни зла, ни добра тебе не желают. Просто договорились не здороваться друг с другом, потому что времени жалко. Но это я сильно позже понял.
Походил я, походил - и нашёл дом того купца. Взошёл на крыльцо - стучу. Никто не отзывается. Стучу сильней. Молчание. Расстроился я - стоило в такую даль идти, чтобы, не солоно хлебавши, возвращаться ни с чем. Ну, пнул я эту дверь от души, повернулся и только стал спускаться с крыльца, слышу сзади - скрип тоненький.
Обернулся - а это дверь, будто сама собой, приоткрылась. А внутри как будто свет горит.
Что ж, думаю, - зайду, может хозяева просто не слышат, как я к ним стучусь.

Сколько уж лет прошло с той поры, а я всё думаю: а надо ли было мне туда заходить? Может, это судьба мне такой знак давала, да я не понял? Но что сделано, то сделано. Слушайте дальше.

Захожу в горницу. Светло, прибрано. В центре - накрытый стол, на нём - самовар кипит. Ну, думаю, значит, хозяева на минутку куда-то отлучились, я их тут подожду. Сажусь на лавку у стола, осматриваюсь. Чистые стены, мебели почти нет. Зато стол с расшитой скатертью - просто ломится! И пироги тут тебе, и варенье, и мёд, и ягоды спелые. Чашечки расставлены, чайник дымится.
Жду я, жду. Нет никого. И тишина - только слышно, как вода в самоваре булькает. А в нём - мое отражение кривое видно, уж такой начищенный самовар был.
Тут в животе у меня забурчало от вида всей этой еды. Я-то к тому уже, почитай, день не ел ничего, все припасы у меня кончились. Думаю - не иначе, хозяева меня покормить хотели, да, видать, на ярмарку отлучились. Не буду их недоверием огорчать.
Взял я чашечку фарфоровую, потянулся к самовару кипятку налить - и только чуть повернул краник, как вижу: отражение в боку у самовара пропало. Будто туманом заволокло. Поморгал я - и снова чуть краник тронул. И снова отражение колыхнулось.
Интересно мне стало - что же это за самовар необычный такой. Открыл краник я пошире, чашечку подставил - а там начали картинки меняться. Да так быстро, что едва успевал я замечать.
Вот ослик по дороге идёт, серый и длинноухий. А вот дядька какой-то с ним вместе. Вот лошади белые в поле пасутся... Нет, чёрные. Или белые, сейчас уже не вспомню. Вот лес густой и тёмный...
Налил я себе чаю - а картинки-то всё меняются и меняются, не оторваться, так интересно. Оказалось, не только из-за краника они меняются - а всё, что бы я ни делал за этим столом как-то на них действует. Вот беру я стола печенье - а там старый раввин танцует. Беру ложку варенья - рыбка в пруду плавает и на берег просится. И всё там, что происходит - получается, от меня зависит! Переложил я кусок сахару в одно блюдечко - тропинка налево извернулась; переложил в другое - тропинка направо. Взял ягодку клубники - что-то непонятное, но очень большое по небу полетело. Обмакнул в чай бублик - овечка за кустами спряталась.

Сколько я там времени провёл - не могу сказать. Всё на свете забыл. Да и чай вкусный оказался. Последнее, что запомнил из картинок - это когда я остатки чая в блюдечко налил - сидят за столом какие-то люди с гитарами и что-то яростно пишут на бумаге, ругаются, спорят, потом поют что-то... Потом снова туман сгустился, и понял я, что пора мне и честь знать.
Вышел я из купеческого дома, дверь за собой аккуратно закрыл, смотрю по сторонам - ничего не могу понять! Вроде тот же город, а вроде и не тот. Да только дома что-то больно высокие стали и дороги все намертво убитые, аж серые.

Бродил я тогда, бродил - а город всё не кончался. К вечеру повезло мне - устроился я кочегаром в одном из домов этих высоченных, там же в кочегарке мне и каморку выделили. Как-то устроился и стал там жить. А дом этот купеческий потом, как я ни старался, найти снова не смог. Будто он сквозь землю провалился.

Что ж дальше было. Жил я и жил, честно работал. Сначала кочегаром, потом - это когда дом тот на слом пустили - стал лифтёром в новом доме. Там уж без лифта никуда - шутка ли, семьдесят четыре этажа! Потом, когда власть сменилась, управляющим стал там же. Рынком заведовал, потом аэропортом. Потом ушёл я из того города, надоело мне. Стал в пригороде жить, на собственной вилле. Ну, там отдельно надо рассказывать, что за чудеса случались.
Потом город тот опустел, люди из него ушли все. И зарос он травой да лесом. Потом и лес высох, пустыня пришла, и камни все раскрошились. Потом новые люди пришли, стали пески орошать, да бросили. Зато потом от орошения этого пришли болота - но и те постепенно заросли. А потом в деревне неподалёку я Марию встретил. И стали мы с ней жить-поживать - вот уже и новая деревня появилась, а за ней и вторая и третья, правнуки мои там и посейчас живут.

Мария, ты же эту историю в который раз слушаешь? Ну-ка, вставай с лавки, на кухне, небось, ещё блины остались. Дети, чай, голодные, одними баснями их не накормишь.
А ну, не толкаться, на всех хватит! Марик, ты куда сразу два хватаешь? Гуля, положи мою палку на место! Гретхен, Мотеле, Леночка - и я вас всех тоже очень люблю. А теперь всем пора домой, солнце уже почти зашло, а вас родители ждут!
Ну-ка, бегом, вот тебе для скорости!
И тебе!
И тебе!
Завтра опять придут.


__________________
ЗЫ. Это всё к тому, что скоро в "Гиперионе" спектакль "Гефилте Лид". 22 марта в 13:00.
Tags: дуэт «ойфн вег», напесал
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments